Главная

Хадисы (арабск. «новость», «история») это записи рассказов о поступках или высказываниях пророка Мухаммада, к которым верующие относятся с огромным уважениям и принимают их как основной источник религиозного права и нравственных наставлений, уступающий по авторитетности только Корану – Священному писанию Ислама. Можно сказать, что это биография пророка, запечатленная в памяти его общины как пример для подражания. Хадисы широко передавались в течение первых трех веков существования Ислама, их изучение позволяет понять исламское мировоззрение и этику.

Природа и происхождение

Термин «хадис» происходит от арабского корня «хадаса», означающего «случаться, происходить», и отсюда «рассказывать о случившемся», «получать или передавать новость», «говорить о чем-то». Этот термин обозначает традицию, первоначально устную, позже записанную. Отсюда происходит сунна (буквально «хорошо протоптанная тропа», т.е. то, что воспринимается как прецедент или авторитетное указание), которой следуют правоверные, подчиняясь указаниям, содержащимся в хадисах, и на которую могут опираться правоведы. Таким образом, традиция в Исламе, это и содержание, и следующие из него ограничения – хадисы как биографическая основа законодательства, и сунна как выводимая из них система обязанностей. Можно сказать, что пророк Мухаммад своими поступками, запечатленными в хадисах, заложил основы поведения в Исламе. Этому, в основном, способствовали два фактора. Один из них - та уникальная роль, которую сыграл Пророк в возникновении Ислама, другой – стремительное распространение, в географическом плане, новой религии в первые два столетия ее существования, и возникающие в связи с этим контакты различных культур. Хадисы невозможно оценить должным образом, если не принимать во внимание эти два элемента и их взаимосвязь.

Жизнь мусульман на покорившихся территориях Ближнего Востока, Средней Азии и Северной Африки была связана с более ранней традицией. Исламская традиция прочно основывалась на понимании пророческой миссии Мухаммада – передатчика Корана и посланника Аллаха. Ключ к пониманию традиции как установления в Исламе можно найти в произнесении шахады – «свидетельства веры» («Нет бога кроме Аллаха, и Мухаммад – Его раб и посланник») – в которой видна неразрывная связь между Богом и посланником. Исламская традиция происходит из первичного феномена Корана, полученного лично пророком Мухаммадом и прочно связанного с его личностью и высоким предназначением. Признание мусульманской общиной Корана как Священного писания неотделимо от признания Мухаммада как его избранного получателя. В этом призвании у него не было помощников или товарищей, ведь Аллах, как сказано в Коране, говорил только с пророком Мухаммадом. С его смертью в 632 г. н.э. завершилось Откровение, воплотившееся в Коране.

Но это резкое прекращение одновременно и Писания, и жизни Пророка, хотя и было в некотором смысле триумфальным, сулило определенные трудности, особенно в виду изменяющихся условий, как временных, так и пространственных, складывающихся в процессе географического распространения ислама. Где теперь было искать наставлений в изменяющихся исторических обстоятельствах, приносящих новые вопросы, если не у того же самого источника, через который было ниспослано Священное писание, и который благодаря своему исключительному положению стал надежным и проверенным передатчиком божественных наставлений? Стремление к следованию традиции и ее формирование стали, таким образом, неотъемлемыми элементами Ислама. Ход истории и дальнейшее распространение ислама вызвали необходимость и способствовали составлению сборников хадисов.

Историческое развитие

Воспоминания о поступках и высказываниях пророка Мухаммада, мир ему, не сразу приняли свою нынешнюю законченную и строго определенную форму. Напротив, существуют свидетельства того, что процесс этот был медленным и неравномерным.

Литературная традиция в доисламской Аравии

Первое поколение мусульман имело свой непосредственный опыт Ислама, как во время жизни Пророка, так и в первую четверть века после его смерти. Оно было знакомо также с традицией племенных хроник в виде песен и саг. Доисламская поэзия прославляла отдельные племена и их воинов, поэтические произведения декламировались в честь племенных предков. Ранний Ислам, с его стремительной мощью, впитал эти элементы, предварительно преобразовав их. Его славная история, ключевую роль в которой играл, естественно, пророк Мухаммад, была главной темой сначала хроник, а затем исторических сочинений. И те, и другие нуждались в традиции и способствовали ее развитию. Из того же источника черпали, в свою очередь, выводы и заключения и правоведы. Пока продолжалось ниспослание Корана, отношение к записыванию слов и поступков Пророка было настороженным и скорее неодобрительным: существовали опасения, что эти записи могут быть спутаны с уникальным текстом Священного писания. Свидетельством того, что такая практика все же существовала, может служить тот факт, что сам посланник Аллаха не одобрял записывание своих слов. Когда же Коран был завершен и принял свой канонический вид, подобные опасения стали беспочвенны, и начался процесс сбора и фиксации хадисов.

События 1-го и 2-го веков по хиджре

Уже в течение первого века после смерти Пророка традиция стала основным фактором развития правовой системы и формирования общества. Связь посредством хадисов с именем и личным примером посланника Аллаха становилась все более весомым доказательством достоверности и правомочности. Во втором столетии этот процесс приобрел более формальные черты – традицию требовалось подтвердить авторитетным научным свидетельством, соответствующим строгим критериям, устанавливающим связь с пророком Мухаммадом через его сподвижников, посредством непрерывной цепи передатчиков.

Коранические комментарии, развивавшиеся вслед за формированием новых законов и обычаев, также в основном опирались на фиксируемую традицию, поскольку эпизоды коранического повествования и обстоятельства, в которых ниспосылалось откровение, лучше всего можно было понять именно через повествующие об этом хадисы. Далее, поскольку коранические комментарии носили по большей части назидательный характер, хадисы оказались настоящим кладезем, из которого черпались примеры, иллюстрирующие Писание. За исключением редких случаев (так называемых «хадисов кудси», или «божественных хадисов»), эти факторы устной традиции у коранической интерпретации носили только пояснительный характер, и содержание хадисов никоим образом не могло замещать собой или оспаривать имеющий первостепенной значение и не подвергаемый сомнениям текст Корана. Ведь все эти обитер дикта (сопутствующие замечания) Пророка все же не имели статуса божественного откровения, присущего только Корану. Среди наиболее ранних примеров оформившихся хадисов - повествования биографа Ибн Исхака (ум. в 150г. по хиджре [767г. н.э.]), и собрание законов Малика ибн Анаса, (ум. в 179г. по хиджре [795г. н.э.]), известное как «аль-Муватта». Но они почти на полстолетия опередили формирование теории, сделавшей хадисы неотъемлемым элементом развития исламского права.

3-й век по хиджре и последующее развитие

Главным защитником точки зрения, тесно увязывающей хадисы и систему права, был Мухаммад аш-Шафии (ум. в 204г. по хиджре [820г. н.э.]), считавший хадисы своего рода продолжением божественного откровения. Таким образом Коран и Сунна стали основными авторитетными источниками в суннитском Исламе (основное традиционное направление). Процессу фиксации хадисов в значительной мере способствовали потребности юристов, поскольку практически ни один вопрос невозможно было обсуждать, а тем более уладить, не опираясь на свидетельство поступков и мнений пророка Мухаммада. А поскольку искушение подкрепить свои доводы связью с традицией Пророка, изменив или домыслив ее по своему усмотрению, было велико и порой просто неодолимо, соответственно развивалась и наука, изучающая достоверность приводимых хадисов. Увеличивающимся количеством и сложностью материала объясняется проявившаяся в то время потребность в объемных сборниках и более подробной классификации. Все эти факторы способствовали возникновению в течение 3-го столетия шести считающихся в наше время каноническими у мусульман-суннитов сборников хадисов. Первые два из них пользуются особенным авторитетом. Но прежде чем обратиться к ним, следует пояснить, какие задачи стояли перед составителями, и описать используемые ими методы, из которых и развилась наука хадисоведение.

Наука о хадисах

Изучение хадисов подразделяется на исследование их сути, или содержания, и «линии» («иснада») или цепочки передатчиков.

Форма хадисов и способы определения их аутентичности

Само высказывание пророка Мухаммада, например, «Ищите знания, даже если за ним придется отправиться в Китай» или «Опасайтесь подозрений, потому что это худшее из заблуждений», отражает «матн» или «суть дела». Формулой передачи такого хадиса будет рассказ от первого лица: «Рассказал мне А, услышавший это от Б, который слышал от В, который слышал от Г, услышавшего от Д (одного из сподвижников Пророка), что посланник Аллаха сказал…» Эта цепочка имен составляет иснад, от которого зависит степень аутентичности рассматриваемого высказывания или события. При анализе хадиса или использовании его в качестве аргумента основное внимание уделяется именно иснаду, а не матну. Вопрос заключается не в том, «мог ли Пророк сказать или сделать что-то», а в том, «подкрепляется ли рассказ о том, что он сказал или сделал, достоверными свидетельствами и надежной цепочкой передатчиков». Первый вопрос допускает крайне опасную субъективность суждения, в то время как второй определенно позволяет получить объективный и довольно точный метод отбора.

Если время жизни двух соседних передатчиков в цепочке хотя бы частично совпадает, то сам факт передачи теоретически возможен. Затем исследуется, какие путешествия они совершали, чтобы определить, могли ли их пути пересечься. Изучаются биографии, свидетельства современников, чтобы установить, что они были честными людьми и говорили правду. Возможно проведение сравнительного анализа переданных различными рассказчиками хадисов для определения степени их достоверности. Еще один элемент научного исследования хадисов - частота повторения и наличие нескольких цепочек передатчиков. Самое важное, это первое звено – тот человек, который первым услышал рассказ о поступке или высказывании Пророка от одного из его сподвижников.

Классификация

С помощью всех этих методов, а также некоторых других, использующих более подробные критерии анализа, удалось распределить все хадисы в несколько категорий, в соответствии со степенью их достоверности. Так, хадис может быть достоверным (sahih), хорошим (hasan), или слабым (daif). Согласно другой терминологии, хадисы разделяются на здоровые (salih) и нетвердые (saqim). Эти категории, в свою очередь, подразделяются и дальше, в зависимости от критериев оценки хадисов, а также их соответствия классическим сборникам. Статус хадиса может иметь не столь важное значение, если он приводится в целях морально-нравственного назидания, а не для обоснования какого-либо правового положения. Например, «слабый» хадис вполне может быть полезен для наставлений и увещеваний, хотя юристам следует избегать его использования. Хадисы также различаются по силе в зависимости от того, передаются ли они от одного или нескольких сподвижников Пророка, имеют ли параллельные иснады, и можно ли проследить всю цепочку передатчиков до самого посланника Аллаха (muttasil), или она прерывается (mawquf).

Авторитетность канонических сборников хадисов и репутация их авторов в значительной мере способствовали становлению традиции. К концу 3-го века по хиджре ощущалась насущная необходимость формирования неизменного свода хадисов, из которого исключены все позднейшие наслоения и в который уже нет никаких оснований что-либо добавлять. Традиция, основанная на хадисах, стала к тому времени неотъемлемым элементом Ислама - вторым по значению источником юридического права и религиозной практики, развивающим положения Корана и позволяющим проводить аналогии (кияс) и выводить общее мнение (иджтихад) в вопросах, не охваченных имеющим первостепенное значение Кораном и Сунной.

Сборники

Наибольшим авторитетом из всех собирателей хадисов пользовался Мухаммад ибн Исмаил аль-Бухари (194-256гг. по хиджре [810–870гг. н.э.]), чья работа «Китаб аль-джами ас-сахих» («Сахих аль-Бухари»), занимает совершенно особое место в исламской традиции. Еще мальчиком он совершил паломничество в Мекку, собирая передаваемые устно хадисы во время своего путешествия. Рассказывают, что на это деяние его вдохновило видение пророка Мухаммада, которому во сне досаждали мухи, а он (аль-Бухари) отгонял этих мух от лица посланника Аллаха. Мухи означали множество ложных хадисов, искажающих истинный облик пророка, а отгонявший их неустанно стремился сохранить этот облик. Правда ли это или вымысел, но именно таково было намерение аль-Бухари. На составление «Сахиха» он потратил 16 лет напряженных исследований. В книгу включены 7397 хадисов с полным иснадом. Если исключить повторения, остается 2762 хадиса, отобранных, как говорят, из более чем 600 тысяч передававшихся устно историй. Весь этот материал разделен на 97 книг и 3450 глав, включающих хадисы на определенные темы.

Сравним по значению с этим капитальным трудом и «Сахих» Муслима ибн аль-Хаджаджа (202-261гг. по хиджре [817–875гг. н.э.]), который автор предваряет рассуждением о критериях оценки материалов. Все хадисы, встречающиеся в обоих этих сборниках, называют согласованными (муттафак).

Помимо этого, существуют еще четыре классических сборника, все они появились на протяжении 3 столетия по хиджре, и частично повторяют друг друга. Абу Дауд аль-Сиджистани (202–275гг. по хиджре [817–889гг. н.э.]) составил «Китаб ас-Сунан» («Книгу традиций»), в которой содержатся 4800 хадисов, имеющих отношение к юриспруденции (на что указывает термин «сунан», в отличие от «джами», или собрания, включающего все темы). Абу Исе Мухаммаду ат-Тирмизи (ум. в 279г. по хиджре [892г. н.э.]) принадлежит «Джами ас-Сахих», в котором содержатся также примечания о различных интерпретациях, принятых в существующих правовых школах (мазхабах). Абу Абд ар-Рахман ан-Насаи (216–303гг. по хиджре [830–915гг. н.э.]) составил свой «Китаб ас-Сунан», уделив особое внимание религиозному праву, относящемуся к актам поклонения. Еще один сборник с таким же названием составил ученик Абу Дауда – Абу Абдалла ибн Маджа (210–273гг. по хиджре [824–886гг. н.э.]), который терпимее относился к недостаточно «сильным» хадисам. Одни из этих книг завоевали признание быстрее, чем другие, и популярность их с течением времени варьировалась. Тем не менее, им так и не удалось превзойти более ранний труд Малика ибн Анаса, который, хотя и с перерывами, сохранил свою широкую привлекательность. Но они способствовали увеличению объема достойных доверия хадисов для последующих поколений мусульман, при сохранении уникальной роли двух «главных» сборников, а также послужили источником для других популярных изданий, объединяющих материал в дидактических целях. Одним из них стал труд Абу Мухаммада аль-Багхави (ум. в 516г. по хиджре [1122г. н.э.]) «Масабих ас-Сунна» («Светильники Сунны»). Многочисленные комментарии ко всем этим классическим мусаннафатам, или компиляциям, играли важную роль в образовании и воспитании богобоязненности.

Значение хадисов

Канонические сборники хадисов являются для немусульман введением в энциклопедически всеобъемлющий мир веры, морали и права. Основное место в них занимают правовые положения, дополняющие законы, изложенные в Коране. Освещается широкий спектр нравственных, социальных, коммерческих и бытовых тем, а также вопросы эсхатологии. Здесь отражены все сферы общественной и частной жизни: от того, что делать с косточками от фиников, до агонии на смертном одре, от ритуального омовения до обязанности прощать, от процессов пищеварения до описания Судного дня. Эти книги характеризуют внимание к мельчайшим деталям и скрупулезность в правовых и этических предписаниях и рекомендациях. В них много рассказывается о честности и справедливости в делах, например, о том, как один человек, купивший участок земли, вскапывая его, нашел горшок с золотом, и принес это золото прежнему владельцу, заявив, что он его не покупал. Тот, однако, также отказался от находки, поскольку, продавая свое поле, не знал, что там зарыто золото. Разрешил эту дилемму третейский судья, предложивший, чтобы сын одного из них женился на дочери другого, и это золото, после выплаты закята в пользу бедных, досталось им.